Верховный Суд указал, что в такой ситуации возможно изменение ответчика с правообладателя на его наследника, даже если последний на момент начала спора не вступил в свои права.
1 ноября Верховный Суд РФ вынес Определение № 300-ЭС25-6531 по делу № СИП-596/2024, где разъяснил особенности процессуальной замены ответчика в порядке универсального правопреемства в деле о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака.
СИП и его Президиум разошлись во мнениях о правопреемстве
18 марта 2020 года товарный знак был зарегистрирован на имя индивидуального предпринимателя Алексея Филина в отношении товаров и услуг. 28 мая 2024 года, полагая, что правообладатель не использовал знак в течение 3 лет до направления предложения заинтересованной стороны, ООО «Руснефтегазснаб» подало в суд иск о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака.
Суд по интеллектуальным правам, изучив материалы дела и данные из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания РФ, выяснил, что 24 января 2025 года Роспатент зарегистрировал переход исключительного права на товарный знак без заключения договора в связи со смертью Алексея Филина 9 декабря 2023 года; новым правообладателем стала вдова предпринимателя Татьяна Долматова. СИП поставил на обсуждение сторон вопрос о замене ответчика и, руководствуясь статьей 48 АПК РФ, разъяснениями, приведенными в абзаце 2 пункте 168 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», произвел замену Алексея Филина в порядке процессуального правопреемства Татьяной Долматовой.
Однако Президиум Суда по интеллектуальным правам отменил определение первой инстанции. Он отметил, что согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, Алексей Филин прекратил свою деятельность в качестве предпринимателя в связи со смертью, о чем 12 декабря 2023 г. была внесена соответствующая запись. На момент подачи ООО «Руснефтегазснаб» иска в суд 28 мая 2024 года ответчик уже не обладал гражданской и процессуальной правоспособностью, не мог иметь никаких прав или совершать действия в арбитражном процессе. Кроме того, пункт 168 Постановления Пленума № 10 ориентирует суды на возможность правопреемства лишь «при смене правообладателя товарного знака в ходе рассмотрения дела», то есть если на дату подачи иска требование предъявлено к существующему лицу.
Президиум СИП пришел к выводу, что в этом случае иск был предъявлен к лицу, которое не могло быть стороной по делу ввиду его смерти и последующей утраты правоспособности; процессуальное правопреемство в такой ситуации невозможно; правоспособность Алексея Филина была утрачена уже на момент направления ему досудебного предложения.
Верховный Суд разъяснил особенности процессуального правопреемства в подобных спорах
Компания «Руснефтегазснаб» обратилась с жалобой в Верховный Суд РФ, требуя отменить постановление Президиума СИП и оставить в силе определение первой инстанции. Рассмотрев жалобу, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда указала, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. В системе действующего правового регулирования государственная регистрация обязательна для признания вновь вводимых в оборот товарных знаков самостоятельными объектами гражданских прав. Согласно Приказу Роспатента от 7 августа 2020 г. № 111, правовая защита товарного знака прекращается с даты внесения сведений в соответствующий реестр.
Суд подчеркнул, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 1514 Гражданского кодекса РФ правовая охрана товарного знака прекращается в связи со смертью гражданина-правообладателя, если нет оснований для универсального правопреемства. При наследовании имущество переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК не следует иное.
Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия или государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
Верховный Суд пояснил, что если результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации требует государственной регистрации, то и переход исключительного права на такое средство без договора — включая случаи универсального правопреемства — также подлежит регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 1232 Гражданского кодекса РФ (согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 3 июля 2018 г. № 28-П). Основанием для государственной регистрации перехода исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации по наследству служит свидетельство о праве на наследство.
В определении указано, что, обеспечивая публичность и достоверность сведений, вносимых в государственный реестр, государственная регистрация товарных знаков направлена на защиту прав их обладателей и иных лиц и, следовательно, обеспечивает устойчивость гражданского оборота в целом.
Что касается регистрации перехода исключительного права на товарный знак при универсальном правопреемстве, то она, в отличие от регистрации вновь вводимых в оборот товарных знаков, носит правоподтверждающий, а не правообразующий характер и, будучи формальным условием обеспечения государственной, в том числе судебной, защиты права, не затрагивает само его содержание и призвана лишь удостоверить со стороны государства принадлежность данного права определенному лицу, уточнил Верховный Суд.
Суд отметил, что иск о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака всегда адресуется обладателю исключительного права, указанного в реестре, поскольку именно он является носителем обязанности по использованию обозначения. Если правообладатель меняется в процессе рассмотрения дела по иску о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования производится замена прежнего правообладателя новым применительно к положениям статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса РФ о процессуальном правопреемстве. Такая замена возможна при представлении документов, подтверждающих переход исключительного права на товарный знак, в том числе при отсутствии заявления истца о процессуальном правопреемстве.
Экономколлегия, ссылаясь на Постановление Конституционного Суда № 28-П/2018, подчеркнула, что заинтересованное лицо вправе по своему усмотрению выбирать формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения в суд, будучи связанным лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства.
Применительно к институту процессуального правопреемства, который служит важной гарантией прав каждого на судебную защиту и доступ к правосудию, это означает, что участнику спорных правоотношений не может быть отказано в использовании механизма процессуального правопреемства лишь в силу того, что ему доступны другие варианты защиты своего права, предусмотренные процессуальным законодательством.
«Основанием для процессуальной замены ответчика в порядке универсального правопреемства в деле о досрочном прекращении охраны товарного знака является надлежащим образом подтвержденный факт перехода исключительного права к наследнику, так как именно это свидетельствует о возникновении у него статуса правопреемника по спорному правоотношению. Подтверждением такого перехода служат сведения, размещенные Роспатентом в Государственном реестре», – указано в определении.
Верховный Суд отметил, что в случае подачи иска после смерти правообладателя, но сведения о нем продолжают значиться в реестре, истец объективно не может указать в иске в качестве ответчика наследника, поскольку переход исключительного права на товарный знак еще не совершен. Истец ориентируется на сведения из реестра в силу принципа его публичной достоверности.
В данном деле Роспатент зарегистрировал переход исключительного права на товарный знак к Татьяне Долматовой в связи со смертью ее супруга 24 января 2025 г., то есть в процессе рассмотрения настоящего иска. Таким образом, на момент направления истцом досудебного предложения и принятия судом к производству иска правообладателем оспариваемого товарного знака согласно сведениям, размещенным в государственном реестре, значился именно Алексей Филин, что объективно обусловило его указание в качестве ответчика, являвшегося на момент предъявления иска титульным владельцем обозначения; после 24 января 2025 г. (в период рассмотрения настоящего спора) таковым стала его наследница. Верховный Суд подчеркнул, что до внесения соответствующей записи в реестр истец объективно не мог указать в иске в качестве ответчика его правопреемника.
Судебная коллегия разъяснила: в Постановлении Конституционного Суда от 16 ноября 2018 г. № 43-П отмечено, что процессуальное правопреемство, основанное на конституционных требованиях к справедливому балансу интересов участников гражданского судопроизводства, осуществление процессуальных прав сторонами спорного или установленного судом правоотношения, позволяет оптимизировать сроки рассмотрения дел и использовать доказательства, представленные на момент вступления в процесс нового лица, которое связано процессуальными действиями, совершенными его предшественником.
Верховный Суд подчеркнул, что вопрос о процессуальном правопреемстве всегда решает суд, который должен тщательно изучить фактические обстоятельства дела, а не ограничиваться установлением формальных условий применения нормы — иначе право на судебную защиту, гарантированное истцам и ответчикам в гражданских спорах, оказывалось бы существенно ущемленным.
Вывод Президиума СИП о невозможности замены ответчика в данной ситуации основан на неверном толковании норм права и сделан без учета специфики спорных правоотношений, касающихся досрочного прекращения правовой охраны товарного знака. Отказ в процессуальной замене в подобной ситуации означал бы, что истец фактически лишается возможности защиты своих прав, поскольку на момент подачи иска государственный реестр еще не отражал действительного субъекта права и иск к потенциальному наследнику формально был невозможен, пояснил ВС.
Поскольку 24 января 2025 г. Роспатент зарегистрировал переход исключительного права на знак к Татьяне Долматовой, суд первой инстанции, с учетом разъяснений приведенных абзаце 2 пункта 168 Постановления Пленума № 10 и на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса, правомерно заменил ответчика его правопреемником.
Кроме того, Верховный Суд указал, что, согласно разъяснению в пункте 9 Постановления Пленума ВС РФ от 22 июня 2021 г. № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», если досудебный порядок урегулирования спора был соблюден в отношении правопредшественника, то повторное его соблюдение в отношении правопреемника по тому же спору не требуется.
Суд отметил, что представители сторон в судебном заседании пояснили, что общество также направило досудебное предложение Татьяне Долматовой в порядке, установленном статьей 1486 ГК РФ. При этом, как следует из картотеки арбитражных дел, СИП определением от 19 августа 2025 г. принял к производству иск общества к Татьяне Долматовой о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака (дело № СИП-735/2025), в связи с чем суду следует обсудить вопрос об объединении этого дела с настоящим делом.
В итоге Верховный Суд заключил, что при разрешении заявления о процессуальном правопреемстве суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, в связи с чем у суда кассационной инстанции не имелось оснований для отмены определения. ВС отменил обжалуемое постановление Президиума СИП, оставив в силе определение суда первой инстанции.
Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/podat-isk-o-neispolzovanii-tovarnogo-znaka-mozhno-i-posle-smerti-pravoobladatelya/
Если вам требуется судебная экспертиза товарного знака или патентная судебная экспертиза, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.