Можно ли построить обвинение по делу о мошенничестве только на основании торговой наценки? В каких случаях изъятые при обыске денежные средства подлежат возврату? Когда хранение пороха, патронов времен Великой Отечественной войны или неудачная рыбалка не образуют состава преступления?
Верховный Суд РФ последовательно формирует практику, ориентированную на оценку реального вреда, доказанного умысла и соблюдении процессуальных гарантий. Рассмотрим наиболее примечательные уголовные дела.
Защита бизнеса
Обычная предпринимательская прибыль не может автоматически рассматриваться как следствие хищения и приобретать безусловно преступный характер в области государственных закупок. Высшая судебная инстанция направила на новое рассмотрение уголовное дело алтайского бизнесмена, осужденного за мошенничество путем завышения цен («торговых наценок») при исполнении государственного контракта на поставку оборудования.
Следствие считало, что предприниматель присвоил бюджетные средства — разницу между закупочной ценой и стоимостью контракта, представив перед аукционом коммерческие предложения с произвольно завышенными ценами. Адвокаты заявили, что у их подзащитного отсутствовал умысел на хищение, а помощь чиновникам в подготовке технических заданий, не содержит в себе объективную сторону хищения в форме мошенничества. Кроме того, все контракты были исполнены в полном объеме, следовательно, никакого ущерба и не было.
Верховный суд разъяснил, что для обвинения в мошенничестве при исполнении госконтракта недостаточно лишь факта получения предпринимателем прибыли. Ключевым элементом состава преступления по делу о мошенничестве является доказанный обман, направленный на безвозмездное изъятие средств и причинение реального ущерба. В данном случае суды ограничились констатацией торговой наценки, не установив ни реальной рыночной стоимости товара через проведение экспертизы, ни того, что государственный заказчик был введен в заблуждение относительно этой стоимости.
Патроны ВОВ
Охотник, гуляя по лесу, случайно нашел шесть боевых патронов времен Великой Отечественной войны и решил оставить их при себе. Впоследствии он был приговорен к ограничению свободы за перевозку боеприпасов. Однако Верховный Суд посчитал необходимым прекратить дело ввиду отсутствия состава преступления.
Суд высшей инстанции напомнил об уклоне российского правосудия в сторону гуманизации: действия (бездействия), которые формально и содержат признаки какого-либо преступного деяния, но в силу малозначительности не представляют общественной опасности не являются преступлением. Также были учтены следующие обстоятельства: гражданин много лет является законопослушным владельцем оружия, патроны хранились безопасно и в минимальном количестве, а умысла использовать их во вред не было.
По смыслу уголовного закона при решении вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь в виду, что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления, должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.
Забытый порох
Верховный Суд России разъяснил, что наличие пороха в доме само по себе не свидетельствует о покушении на незаконный оборот оружия, если отсутствуют признаки подготовки к применению и иные элементы, указывающие на преступный умысел.
В рассматриваемом деле гражданин более двух десятилетий хранил в банке несколько граммов бездымного пороха, который был изъят при обыске. Однако следствием не были представлены доказательства того, что он готовил его для изготовления боеприпасов либо сбыта. Верховный суд подчеркнул важность комплексной оценки фактических обстоятельств и мотивации фигуранта.
Суд высшей инстанции подчеркнул, что сам по себе объем запрещенного вещества не создает автоматического основания для квалификации по части 1 статьи 223 УК РФ (незаконный оборот взрывчатых веществ и боеприпасов), если нет доказательств намерения приготовления оружия или сбыта. Хранение могло быть обусловлено и законными, но ненадлежащим образом оформленными обстоятельствами, например, коллекционированием, без намерения преступного использования.
Между тем указанные судом мотивы носят общий характер, и не отражают конкретных обстоятельств данного дела. Суд не указал, какие именно особенности изъятого предмета, и какие фактические обстоятельства содеянного свидетельствуют о его общественной опасности. Также не было указано, какую именно угрозу причинения вреда самому себе, другим лицам, или обществу создавало хранение взрывчатого вещества при указанных в приговоре обстоятельствах.
В связи с этим Верховный Суд отменил ранее вынесенные приговоры и прекратил уголовное преследование ввиду отсутствия достаточных данных о наличии преступного умысла и общественной опасности действий фигуранта.
Короткая рыбалка
Верховный Суд РФ, подтверждая практику гуманного подхода к правосудию, прекратил уголовное дело в отношении гражданина, которого ранее осудили за незаконную рыбалку. Высшая судебная инстанция признала действия подсудимого малозначительными, так как, несмотря на нарушение запрета на лов рыбы на пути нереста, по итогу фигурант никакой рыбы не поймал и вреда природе не причинил. Фабула дела сводилась к оценке фактических обстоятельств: нарушение формального запрета на добычу биологических ресурсов длилось примерно 20 минут, а общественной опасности фактически не представляло.
Верховный суд указал, что при оценке общественной опасности деяния судам следует учитывать не только формальные признаки преступления, но и реальные последствия действий. Критериями малозначительности в таких случаях являются отсутствие вредных последствий для окружающей среды и непродолжительность противоправных действий, а также индивидуальные характеристики фигуранта — отсутствие вреда экосистеме и поведение, не свидетельствующее о намерении причинить ущерб.
В результате Судебная коллегия по уголовным делам прекратила производство по делу и признала за фигурантом право на реабилитацию, отменив судимость за неудачную рыбалку как малозначительное деяние, не представлявшее угрозы для охраняемых законом общественных отношений и объекта уголовной охраны.
Справедливый обыск
Верховный Суд напомнил: если имущество, изъятое во время обыска, не было получено преступным путем, не представляет собой незаконные доходы и не использовалось для совершения противоправных действий, оно должно быть возвращено законному владельцу.
В одном из дел по обвинению в мошенничестве у осужденного были изъяты 881 доллар США, 795 тысяч рублей и 3 760 евро, найденные в его доме. Позднее суды постановили обратить эти денежные средства в доход государства, посчитав их вещественными доказательствами. Кассационная инстанция обосновала это решение тем, что деньги якобы изымались в рамках расследования дела о легализации полученных преступным путем средств.
Однако Верховный Суд не поддержал позицию нижестоящих судов. По мнению высшей инстанции, суды ограничились констатацией факта изъятия, но не установили и не мотивировали прямую причинно-следственную связь между обнаруженными деньгами и инкриминируемым мошенничеством. Более того, осужденный не был обвинен или признан виновным в совершении финансовых операций, где бы он мог использовать средства для придания им законного вида. В связи с этим Верховный Суд отменил решения о конфискации денег и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Исчезновение костюмов
Бывшего дознавателя приговорили к 250 часам обязательных работ за утрату вещественных доказательств — контрафактной одежды известных брендов из Великобритании, Германии и США. Однако из-за истечения сроков давности она была освобождена от наказания. Тем не менее, Верховный Суд, не обнаружив четких доказательств причиненного вреда, встал на сторону дознавателя, которая просила об оправдании.
Расследование полиции касалось дела о сбыте более тысячи поддельных спортивных костюмов. Их изъяли и поместили в подвал отделения. Фигурантка занималась осмотром одежды и была ответственна за ее хранение. Суд постановил уничтожить подделку, выяснив, что костюмы исчезли. а следствие обвинило дознавателя в халатности и ненадлежащем исполнении обязанностей, что в конечном итоге привело к неисполнению приговора как важнейшего акта правосудия, следовательно, дискредитировало органы судебной власти.
Высшая судебная инстанция отметила: при оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда. Кроме того, суд не указал, в чем конкретно выражен вред компаниям в результате исчезновения вещей. При этом обвинительный приговор не может основываться на предположениях. Поэтому дело было направлено на новое апелляционное рассмотрение.
Выбор адвоката
Верховный Суд РФ разъяснил, что суд не вправе расценивать болезнь адвоката, послужившую основанием для ходатайства об отложении заседания, как злоупотребление. Кроме того, суд обязан учитывать мнение осужденных о том, кто будет представлять их интересы.
Такое разъяснение последовало по результатам пересмотра дела московского водителя, признанного виновным в управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Он был приговорен к штрафу в размере 250 тысяч рублей и лишен права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года 6 месяцев.
На стадии апелляции адвокат то была в отпуске, то в командировке, а затем и у осужденной, и у адвоката возникли проблемы со здоровьем. По этой причине заседание неоднократно откладывалось — в общей сложности 5 раз. В дальнейшем апелляционный суд, ссылаясь на многократные ходатайства защитника об отложении судебного заседания, назначил осужденной нового адвоката.
Однако назначенный судом адвокат в заседании обратился с заявлением о невозможности его участия в производстве по данному делу, поскольку осужденная возражает против его участия, так как у нее уже заключено соглашение о защите. Несмотря на это, апелляционный суд все равно провел заседание при неявке осужденной и ее защитника, поручив адвокату по назначению участвовать в нем.
Верховный Суд указал, что суд обязан принимать во внимание действительные обстоятельства отсутствия адвоката по соглашению, подтвержденные документально, и не имеет права на этом основании отказывать в переносе заседания.
Высшая инстанция подчеркнула, что участие осужденной в судебном заседании апелляционной инстанции в соответствии с ее волей и письменным отказом от назначенного защитника является обязательным, а отказ суда оценивать факты болезни и уважительные причины фактически нарушил право на защиту.
В результате Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда направила дело на новое апелляционное рассмотрение с учетом права осужденной выбирать себе адвоката и устранением допущенных процессуальных нарушений. Верховный Суд отметил, что приоритет в выборе адвоката как одна из гарантий права на защиту, принадлежит осужденному, а не стороне обвинения или суду.
Источник: https://rapsinews.ru/judicial_analyst/20260107/311484791.html
Если вам требуется проведение оценки имущества или судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.