ВС защитил право владельцев изъятых полицией ценностей на моральный ущерб

Верховный суд рассмотрел дело о попытке владельца ценных икон взыскать с МВД компенсацию за их утрату, процесс которого затянулся на 22 года.

Истец был задержан сотрудниками милиции на железнодорожном вокзале еще в 2002 году, после чего его доставили в ОВД, при этом полицейские забрали у него восемь икон, имеющих художественную ценность, и овальную серебряную тарелку.

Позже изъятое имущество так и не было возвращено, более того — местонахождение ценностей не установлено.

Владелец икон требовал возместить стоимость утраченного имущества, превышающую 14,5 миллионов рублей, а также компенсацию морального вреда в размере 5 миллионов рублей.

Мнения судебных инстанций

При рассмотрении иска районный суд назначил искусствоведческую экспертизу, однако провести ее не удалось в связи с недостаточностью материала.

Позже истец представил справку аукционного дома, согласно которой, по устному описанию владельца, стоимость изъятых восьми икон и овальной тарелки составляет от 330 тысяч до 1 миллиона 60 тысяч рублей.

В итоге суд частично удовлетворил исковые требования. В пользу истца взысканы денежные средства в размере 330 тысяч рублей.

Суд первой инстанции исходил из минимальной стоимости каждого предмета, указанной в справке аукционного дома, отметив, что определить стоимость и состояние вещей при их изъятии невозможно.

При этом суд отказал в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, указав на недоказанность факта нарушения личных неимущественных прав истца.

Вышестоящие инстанции поддержали эти выводы.

Позиция ВС 

Верховный суд подчеркивает, что суд имеет право удовлетворить требования о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Однако суды не установили действительную стоимость утраченных икон и тарелки на день принятия решения, необоснованно применив минимальные цены по состоянию на 2010 году — дату справки аукционного дома. При этом указанная в документе стоимость не соответствует актуальным рыночным ценам, отмечает высшая инстанция.

«Размер подлежащих возмещению убытков должен определяться с разумной степенью достоверности», — напоминает ВС Разъяснения Пленума (пункт 12 постановления от 23 июня 2015 г. № 25).

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ, отказ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть основан лишь на том, что точный размер убытков установить невозможно, указывает Верховный суд, подчеркивая, что применение нижней планки цен в таких случаях также является несправедливым.

«При определении верхнего и нижнего предела цен применение для возмещения ущерба, причинённого гражданину незаконными действиями государственных органов и должностных лиц, минимального, а не среднего размера цен, не соответствует принципу справедливости и соразмерности», — разъясняет высшая инстанция. 

Верховный суд также напоминает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) в результате действий, нарушающих его личные неимущественные права или затрагивающих принадлежащие ему нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может обязать нарушителя выплатить денежную компенсацию за указанный вред (статья 151 Гражданского кодекса).

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Закрепляя в первой части статьи 151 общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина или затрагивающими его нематериальные блага, законодатель не вводит ограничений на действия, которые могут служить основанием для такой компенсации», — отмечает Верховный суд, ссылаясь на Обзор судебной практики № 2, утвержденный Президиумом ВС РФ 19 июля 2023 года.

Конституционный Суд также разделяет данное мнение и неоднократно подчеркивал, что компенсация морального вреда как отдельный способ защиты гражданских прав не исключает возможности для суда возложить на правонарушителя обязанность выплатить денежную компенсацию за моральный вред, причиненный действиями (или бездействием), которые также затрагивают имущественные права гражданина. Это возможно в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (постановление от 26 октября 2021 г. № 45-П, постановление от 8 июня 2015 г. № 14-П, определение от 27 октября 2015 г. № 2506-О и др.).

«Суды должны учитывать, что если действия (или бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или затрагивают принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях», — подчеркивает Верховный суд (пункт 4 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

В данном случае имущество, утраченное по вине должностных лиц, имело не только материальную ценность, но и являлось объектами религиозного назначения, которые истец унаследовал от родителей и которые представляют собой памятные вещи, отмечает Верховный суд.

Однако суд первой инстанции не дал должной правовой оценки этим обстоятельствам, а вышестоящие суды не исправили данную ошибку, приходит к выводу ВС.

В итоге Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ решила направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. № 5-КГ24-32-К2.

Источник: https://rapsinews.ru/judicial_analyst/20241107/310388830.html

АНО ЦСЭ «Рособщемаш» проводит товароведческие судебные экспертизы соответствия или несоответствия стандартам:

• мебели, продукции целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности, включая требования технических регламентов Таможенного Союза;
• игрушек, продукции лёгкой и текстильной промышленности, включая требования технических регламентов Таможенного Союза;
• строительных материалов, изделий и конструкций;
• изделий из стекла и керамики, силикатных строительных материалов;
• изделий из металлов и сплавов;
• маркировочных обозначений на изделиях из металлов, полимерных и иных материалов;
• изделий из резин, пластмасс и других полимерных материалов;
• лакокрасочных материалов и покрытий;
• промышленных (непродовольственных) товаров, в том числе с целью проведения их оценки;
• медицинских изделий;
• продукции сырьевых отраслей промышленности, посуды, упаковки;
• профессиональная оценка и экспертиза объектов и прав собственности.