Все записи автора Анастасия Завьялкина

Инвестиции уже давно перестали быть уделом избранных — брокерские счета, криптокошельки, паевые инвестиционные фонды и доли в стартапах стали привычной частью жизни многих граждан. Но при разводе эти активы часто превращаются в главный источник споров.

Что происходит с ценными бумагами, цифровыми активами и правами на долю в компании при разводе? Как делить портфель, который продолжает меняться в цене? Можно ли защитить криптовалюту от раздела? Рассмотрим, как суды подходят к распределению инвестиционных активов — и какие стратегии помогают добиться справедливого исхода.

Что такое инвестиционные активы и как они делятся при разводе?

Согласно статье 34 Семейного кодекса РФ, имущество, нажитое супругами в период брака, считается их совместной собственностью. К нему относятся не только очевидные вещи как недвижимость, автомобили, дачи, но и ценные бумаги, паи, доли в уставном капитале, вклады в банках и кредитных организациях.

Особенность инвестиционных активов — их отсутствие в физической форме. Акции — это записи в реестре, криптовалюта — данные в блокчейне, опционы — права на будущее получение актива. Именно их «неосязаемость» делает раздел таких активов одним из самых сложных.

Если брачным договором не предусмотрено иное, доли супругов признаются равными — 50/50. Но на практике раздел инвестиционных активов оказывается в разы сложнее раздела недвижимости. Необходимо оценить стоимость актива на момент раздела (а она может колебаться), доказать факт его приобретения на общие средства, а в случае с криптовалютой, подтвердить сам факт его существования.

Основная сложность – оценка инвестиций

Самая частая проблема при разделе инвестиционных активов связана с их оценкой. В отличие от недвижимости, где рыночную стоимость можно определить по кадастровой стоимости или сделкам с аналогичными объектами, активы характеризуются высокой волатильностью. Ценные бумаги котируются на бирже, но их цена постоянно меняется. Какую из цен брать — на момент подачи иска, на день рассмотрения дела в суде или среднюю за период?

В таких случаях суды руководствуются рыночной стоимостью актива на момент вынесения решения или на основании судебной оценочной экспертизы.

Еще сложнее обстоят дела с паями закрытых паевых инвестиционных фондов или долями в ООО. Там нет публичных котировок, а их стоимость определяется только на основании заключения независимого оценщика, что требует времени и значительных расходов. Однако без проведения экспертизы суд не сможет справедливо разделить актив.

Ценные бумаги

Ценные бумаги, приобретенные супругами в период брака за счет общих доходов семьи, считаются совместно нажитым имуществом. При этом не имеет значения, на чье имя открыт брокерский счет и зарегистрирован депозитарий. Акции, облигации, инвестиционные паи и даже лотерейные билеты — все это подлежит разделу, а дивиденды и купонные доходы, полученные от этих активов, также считаются общим имуществом.

Одна из частых проблем — когда один из супругов совершает сделки с общими ценными бумагами без согласия другого: продает акции, досрочно погашает облигации или выводит средства с брокерского счета без нотариально удостоверенного согласия второго супруга. Такие действия расцениваются как незаконное распоряжение общим имуществом.

Что делать в такой ситуации? Несогласный супруг может оспорить такую сделку в суде, потребовать признания ее недействительной и возврата части стоимости реализованных или переданных активов. Однако важно учитывать, что срок исковой давности по таким делам ограничен. Пропуск этого срока может привести к отказу в иске.

Когда супруги делят акции, речь идет об имуществе, а не о корпоративных правах или управлении компанией. Один из ключевых принципов, подтвержденных судебной практикой: при разделе совместно нажитого имущества супруги получают право собственности на активы, а не право участвовать в управлении компанией. Таким образом, если супруг получил половину акций компании, это не дает ему автоматического права голоса на общем собрании акционеров

Как делить криптовалюту?

В России цифровая валюта признается имуществом и подлежит разделу, если была приобретена в браке за счет общих средств. Однако ее правовой статус остается не до конца урегулированным — законодательство пока не дает четких инструкций, как именно их оценивать и делить. Депутаты уже предложили законопроект, согласно которому криптовалюта, приобретенная в браке, будет считаться общим имуществом супругов, а активы, купленные до брака или полученные в дар — личной собственностью одного из супругов.

Суды сталкиваются с серьезными трудностями при разделе криптовалюты. Основная сложность заключается в доказательстве ее существования и принадлежности конкретному супругу. Дело в том, что криптовалюта хранится на электронных кошельках, доступ к которым осуществляется через закрытые ключи. Если один из супругов скрывает эти данные или переводит активы на другие счета, доказать их существование будет крайне сложно.

В судебной практике уже есть примеры, когда суды именно по этой причине отказывали в разделе. Истец не смог подтвердить наличие цифровых активов и их принадлежность ответчику. Принцип прост: «нет доказательств — нет раздела».

В связи с этим рекомендуется фиксировать факт владения криптовалютой еще до брака или в его начале: скриншоты кошельков, выписки с криптобирж, показания свидетелей — все это может стать основанием для включения цифровых активов в бракоразводный процесс. На данный момент все активнее обсуждается возможность внесения изменений в Семейный кодекс, которые позволят приравнять приобретенную в браке цифровую валюту к общему имуществу супругов.

Корпоративные права и доли в ООО

Доли в уставном капитале ООО — еще один вид инвестиционных активов, который часто становится предметом споров при расторжении брака. Если доля была приобретена в период брака за счет общих семейных средств, она признается совместно имуществом супругов, независимо от того, на кого из супругов она оформлена и кто фактически управлял бизнесом.

Однако здесь есть важный нюанс. В отличие от акций, которые можно разделить в натуре, доля в ООО — это корпоративное право, и ее переход к новому участнику должен соответствовать уставу общества. Если в уставе предусмотрено, что вход нового участника требует согласия всех остальных участников, то супруг, получивший долю в порядке раздела, не станет участником общества автоматически.

Пример из практики: бывшая супруга потребовала половину доли в компании. Суды удовлетворил иск. Однако Верховный Суд РФ пересмотрел дело и отметил, что нормы корпоративного законодательства и уставные ограничения имеют приоритет при разделе имущества между супругами. Раздел имущества не означает автоматического перехода корпоративных прав — уставные ограничения и интересы других участников сохраняют приоритет. В результате женщина получила не долю в компании, а право на денежную компенсацию ее действительной стоимости.

Опционы и права требования в будущем

Одной из самых сложных категорий активов для раздела при разводе остаются опционы — права на приобретение актива в будущем. Российское законодательство различает опцион на заключение договора и опционный договор, под которым понимается соглашение, по которому одна сторона вправе требовать от другой совершения определенных действий — передачи имущества или уплаты денег.

Главная сложность при разделе опционов заключается в том, что спор идет не конкретном активе, а о потенциальном праве получить его в будущем. Судебная практика в этой сфере пока ограничена. Суды традиционно склонны делить уже существующие активы, а не потенциальные права на их приобретение.

Пример из практики: женщина требовала разделить право на приобретение дома и земельного участка в Испании, полученное по опциону. Однако суд отказал в удовлетворении иска, поскольку не было доказано, что объект был фактически приобретен и принадлежит ответчику.

Брачный договор как инструмент для защиты инвестиций

Самый надежный способ защитить инвестиционный портфель от раздела при расторжении брака является заключение брачного договора. В нем супруги могут четко установить режим раздельной собственности на ценные бумаги, цифровые активы, доли в компаниях. Брачный договор действует как детализированный план имущественных отношений, в котором супруги фиксируют все достигнутые между собой договоренности об осуществлении имущественных прав как в период брака, так и после его расторжения.

Брачный договор позволяет определить не только то, кому достанется тот или иной актив, но и порядок управления совместными инвестициями. Важно, чтобы брачный договор был заключен в письменной форме и нотариально удостоверен. Особенно надежной защитой является договор, заключенный за несколько лет до развода и основанный на реальном, а не мнимом распределении активов.

Однако существуют и ограничения:

• брачный договор не может ухудшать положение детей;
• он не должен быть направлен на сокрытие активов от кредиторов.

Что важно помнить?

Практика показывает, что грамотное планирование инвестиций с учетом семейного права помогает избежать не только финансовых потерь, но и длительных, изматывающих судебных споров.

Вот ключевые принципы, которые стоит усвоить:

• все активы, приобретенные в браке, — совместная собственность супругов независимо от того, на кого оформлен брокерский счет, криптокошелек или оформлена доля;
• защитить инвестиции можно и нужно. Брачный договор — один из самых эффективных инструментов для закрепления режима раздельной собственности на ценные бумаги, криптовалюту и другие активы;
• доказывание — основа раздела. Чтобы разделить криптовалюту и опционы, необходимо собрать исчерпывающие доказательства их существования, принадлежности и стоимости;
• корпоративные права не переходят автоматически. Если устав ООО ограничивает вход новых участников, супруг не получит долю в компании, а лишь денежную компенсацию;
• оценка требует экспертизы. Справедливый раздел паев, долей и цифровых активов возможен только при привлечении независимых оценщиков.

Источник: https://companies.rbc.ru/news/GMyJZCx6Ke/razdel-investitsionnyih-aktivov-tsennyie-bumagi-doli-i-kriptovalyuta-v-brake/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения оценки имущества и его раздела, а также проведения финансовой судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Когда стороны не могут договориться о стоимости имущества, будь то недвижимость, доли в компании или иной актив, простого торга становится недостаточно. В такой ситуации невозможно обойтись без квалифицированной помощи. Тогда в дело вступает независимый оценщик, который предоставит сторонам объективное заключение о рыночной стоимости имущества и поможет разрешить конфликт.

Но на практике все сложнее. Как правило, к моменту обращения в суд у каждой стороны уже готов собственный отчет об оценке, который выгодно подтверждает их позицию. Истец настаивает на одной сумме, а ответчик — на другой. В результате суд получает два противоречащих документа. В таком случае единственным выходом становится назначение судебной экспертизы. Однако и здесь возникает ключевой вопрос: как выбрать эксперта для проведения исследования?

Процесс выбора эксперта для проведения оценки — один из самых важных этапов разбирательства. Стороны, как правило, предлагают суду собственные кандидатуры, настаивая на назначении выбранного ими специалиста. При этом участники разбирательства не могут предложить тех же оценщиков, которые ранее готовили для них досудебные отчеты. Такие эксперты не могут участвовать в деле.

Судья, оценив доводы сторон, принимает решение самостоятельно, опираясь на несколько ключевых критерий:

• репутация оценщика;
• его опыт в аналогичных делах;
• наличие актуальных сертификатов;
• стоимость предстоящей экспертизы — фактор, который часто становится решающим.

Важно отметить, что экспертиза — это интеллектуальный труд, требующий глубоких знаний, аналитических навыков и ответственности. В связи с этим все чаще судьи расценивают низкую стоимость как признак низкой квалификации и отклоняют такие кандидатуры.

Кроме того, процессуальные рамки работы эксперта напрямую зависят от того, в каком суде рассматривается дело. В арбитражном процессе, который регулирует экономические споры, требования к квалификации и форме заключения особенно высоки. В судах общей юрисдикции эксперты руководствуются нормами ГПК РФ.

Если привлеченный специалист обладает не только оценочным, но и экономическим образованием, суд вправе поручить ему проведение финансово-экономической экспертизы. Такой эксперт работает на пересечении оценки и финансового анализа, что позволяет ему глубже исследовать дело и делает его заключение особенно ценным для суда, становясь надежной основой для принятия обоснованного решения.

В особо сложных или противоречивых ситуациях суд может назначить комиссионную экспертизу. Она проводится несколькими специалистами, которые работают совместно или раздельно. В идеальном варианте эксперты приходят к единому мнению, однако если возникают профессиональные разногласия, то каждый эксперт имеет право представить отдельное заключение с аргументацией своей позиции. Такой подход позволяет суду увидеть полную картину и понять суть спора между экспертами, а не только между сторонами процесса.

Таким образом, заключение эксперта становится независимым, профессионально обоснованным «третьим мнением», помогающим суду установить истину и вынести справедливое решение.

Источник: https://companies.rbc.ru/news/8h2l3Z5QLD/kakova-rol-otsenschika-v-sudebnom-protsesse/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения оценки имущества, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Российская судебная практика в делах, аналогичных делу Долиной, в 2026 году остается противоречивой. В спорных ситуациях суды в ряде случаев продолжают выносить решения в пользу продавцов жилья. Разберемся, почему суды могут по-прежнему вставать на их сторону и почему на практике не всегда адекватно срабатывает механизм реституции.

Отсутствие единого подхода

Несмотря на то, что Верховный Суд РФ в декабре 2025 года встал на сторону добросовестного покупателя, это не означает, что российские суды выработали единый подход по всем подобным спорам.

На данный момент ситуация на российском рынке жилья выглядит так: сделку с недвижимостью относительно просто провести, а потом по-прежнему также относительно просто ее оспорить.

Судебная практика пока остается неоднородной: после решения Верховного суда по нашумевшему делу Долиной было зафиксировано еще как минимум 30 случаев, когда нижестоящие суды продолжали выносить решения в пользу продавцов. Яркий пример — мартовское решение суда, оставившее квартиру в собственности пожилой жительницы Новгородской области, ставшей жертвой мошенников.

Таким образом, сохраняется правовая неопределенность. Каждый случай рассматривается с учетом конкретных обстоятельств дела, которые трактуются судами крайне вариативно.

Противоположные судебные решения

В делах, связанных с мошенничеством есть искренне обманутые жертвы. Как правило, к ним относятся одинокие пожилые люди, а также лица, оказавшиеся в тяжелой жизненной ситуации. Речь идет о тех продавцах, которые реально не понимали, что происходит – из-за болезни, возраста или временного состояния, а также те, кто понимал смысл сделки, но действовал под сильным давлением, угрозами или манипуляциями.

В мартовском деле продавец, в отличие от дела Долиной, суд учел, что покупатель был профессионалом рынка недвижимости, а именно являлся директором риелторского агентства и приобрел единственное жилье у одинокой пожилой женщины, а сама продажа квартиры была срочной и прошла по цене ниже рыночной — всего 1,9 млн рублей. При этом покупатель не проявил никакого интереса к дальнейшей судьбе продавца: не уточнил, где она будет жить после продажи единственного жилья.

В результате суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения (статья 178 ГК РФ) и является недействительной, а квартира должна быть возвращена пожилой женщине.

Новые лазейки

С другой стороны, есть и обратная ситуация, когда добропорядочность продавцов, утверждающих, что они стали жертвой мошенника, вызывает серьезные сомнения. Это не всегда люди, находящиеся в прямом сговоре с мошенниками. Речь идет о тех, кто добровольно подписал договор купли-продажи, а затем передумал и решил аннулировать сделку.

Особую категорию составляют продавцы, которые, ознакомившись с громким делом Долиной, решили воспользоваться судебной практикой: продать квартиру, а затем потребовать деньги назад. В ряде случаях даже на суде люди признавались, что деньги они получили, положили на свой счет, потратили, но потом решили еще вернуть себе жилье.

В таких делах бросается в глаза аномальная скорость и юридическая слаженность их действий: сначала продавец позиционирует себя как беспомощную жертву, которая не отдавала отчета в своих действиях, находилась «под влиянием» и не понимала, что делает, а буквально на следующий день демонстрирует высокий уровень юридической грамотности, инициативность в проведении сложных процедур и координацию действий с адвокатом.

После решения ВС по делу Долиной стратегия продавцов, стремящихся аннулировать сделки изменилась: вместо ссылки на статью 178 ГК РФ (заблуждение — когда продавец якобы не понимал сущности сделки) они все чаще ссылаются на статью 177 ГК РФ (неспособность понимать значение своих действий), утверждая, что в момент подписания договора находились под воздействием внезапного приступа болезни, сильного медикаментозного воздействие или помутнение рассудка. И как только суд ссылается на 177 статью Гражданского кодекса РФ, покупатель почти гарантированно проигрывает.

Дело в том, что доказывание недействительности сделки по такой статье осуществляется через судебную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, и, если ее результат указывает на неспособность продавца в момент сделки отдавать отчет своим действиями и осознавать последствия заключения договора купли-продажи, то шансов сохранить титул собственника недвижимости у покупателя нет, даже при добросовестности и осмотрительности.

Такая категория продавцов становится все более многочисленной. Суды перестают оценивать добросовестность покупателя, которую тот мог бы доказать, и сосредотачиваются на изучении медицинской истории продавца.

Возвращение статус-кво

Современная судебная практика демонстрирует и другой опасный феномен: суды возвращают квартиру продавцу, обязывая вернуть деньги, однако эти решения часто неисполнимы. Речь идет о реституции (статья 167 Гражданского кодекса РФ), которая предполагает возврат в первоначальное положение, когда покупателю возвращают квартирой, а продавцу — деньги.

Важно понимать, что реституция – это не обязательный исход любого подобного дела. Она применяется только при признании сделки недействительной именно по основаниям, предусмотренным статьями 166-179 Гражданского кодекса РФ, а именно:

•  сделка нарушает закон или иные правовые акты (статья 168 Гражданского кодекса РФ);
•  сделка совершена недееспособным или лицом, не понимающим значения своих действий (статьи 171, 177 Гражданского кодекса РФ);
•  сделка мнимая или притворная (статья 170 Гражданского кодекса РФ);
•  сделка совершена под влиянием обмана, угроз (статья 179 Гражданского кодекса РФ).

Стоит отметить, что это не то же самое, что любой возврат имущества по иску. Если активы выбыли из владения незаконно, если спор связан не с недействительностью сделки, а с иными основаниями, суд может применять другие правовые механизмы.

Также реституцию нельзя применить, когда имущество физически невозможно вернуть – например, если квартира была продана несколько раз. Следовательно, первый продавец не может вернуть квартиру от третьего покупателя – только от своего.

На практике же механизм двусторонней реституции часто становится проблематичным для исполнения. Основная проблема зачастую состоит в ее фактической неосуществимости. Квартиру возвращают продавцу, а взыскать деньги в пользу покупателя оказывается невозможным. Продавец оказывается либо неплатежеспособен, либо банкрот, либо средства уже похищены и выведены в преступную цепочку. Другими словами, суд формально восстанавливает право собственности одной стороны, оставляя вторую сторону без встречного удовлетворения.

Как добросовестный покупатель может защитить себя?

В условиях неоднозначной судебной практики абсолютных гарантий для добросовестного покупателя сегодня не существует. Даже участие агентства недвижимости и нотариальное удостоверение хоть снижают риски, но не исключают их полностью.

Однако покупатель все же может рассчитывать на то, что суд не вернет квартиру продавцу, когда:

• продавец явно действовал не под влиянием: он лично подписывал документы, не торопился с продажей, адекватно и спокойно шел на контакт, особенно в части предоставления дополнительных документов (в частности, справки от психиатра/нарколога);
• продавец осознавал суть совершаемой сделки, и она совершена по рыночной цене;
• покупатель тщательно проверил и квартиру, и продавца, убедился в чистоте сделки (особенно это касается покупателей, которые являются профессиональными участниками рынка недвижимости);
• средства переведены официально (через аккредитив/ банковскую ячейку), а не переданы наличными.

В условиях роста попыток продавцов оспорить сделки по статье 177 Гражданского кодекса РФ (неспособность понимать свои действия), ключевой защитой для покупателя становится создание досье, доказывающего вменяемость и осознанность действий продавца. Сюда входит, в частности, видеофиксация всего процесса подписания с четкими вопросами о понимании сути сделки и добровольности действий.

Помимо прочего, в день сделки надо провести медицинское освидетельствование продавца с получением соответствующего письменного заключения.

Если иск все же подан, необходимо обязательно требовать проведения судебно-психиатрической экспертизы, предоставить суду собранное досье на продавца и настаивать на том, что принятые меры являются доказательством осмотрительности покупателя.

Источник: https://alrf.ru/news/sudy-posle-dela-dolinoy-po-prezhnemu-vstayut-na-storonu-prodavtsov/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения психологической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Первый кассационный суд общей юрисдикции вынес важное разъяснение: граждане, проживающие на дачных и садовых участках, обязаны соблюдать право соседей на покой и тишину. Это решение было принято в ходе рассмотрения спора между соседями, в котором истцы требовали прекратить систематические нарушения и взыскать компенсацию за моральный вред.

Согласно материалам дела, истцы обратились с иском к соседям, требуя устранить нарушения содержания животных на соседском участке. Кроме того, истцы просили взыскать с соседей компенсацию морального вреда за шум. Причем ответчики не просто шумели, а судя по всему, целенаправленно создавали невыносимые условия для соседей.

По словам истцов, ответчики регулярно громко включают колонки на максимальную громкость и вынуждают весь поселок слушать такие композиции, как «Похоронный марш», а также музыку с нецензурной лексикой, а по ночам они направляли на дома соседей свет прожекторов.

Суды не усмотрели нарушений в содержании домашних животных. Однако громкая музыка и свет явно выходили за рамки закона.

За несколько лет истцы неоднократно обращались к ответчикам с просьбами прекратить шум и световое воздействие, однако все их требования остались без внимания. Это свидетельствует о намеренном создании ответчиками ситуации, влекущей за собой невозможность для истцов полноценного отдыха на территории своего домовладения. Такая длительная психотравмирующая ситуация послужила основанием для многократного обращения истцов в правоохранительные органы, а также за медицинской помощью, что свидетельствует о злоупотреблении ответчиками своими правами, повлекшем нарушение неимущественных прав и законных интересов истцов, в том числе на отдых и благоприятную окружающую среду.

В связи с этим суд взыскал с ответчиков в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 200 тысяч рублей. Самим ответчикам казалось, что они не совершили ничего противозаконного — они считали, что включая музыку и прожекторы на своем земельном участке, они реализуют свое законное право на пользование имуществом.

Однако Первый кассационный суд общей юрисдикции не нашел оснований для отмены апелляционного решения в части взыскания с ответчиков в пользу истцов компенсации морального вреда, поскольку оно основано на правильном применении норм закона, с учетом верно установленных обстоятельств по делу.

Данная правовая позиция распространяется не только на тех, кто целенаправленно изводит своих соседей, но и на тех, кто просто считает «шумные вечера» неотъемлемой частью дачного отдыха. Есть границы, которые нельзя переходить — вне зависимости от того, насколько комфортно вы себя чувствуете на своем участке.

Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции № 88-8219/2026.

Источник: https://rg.ru/2026/05/08/kassacionnyj-sud-zapretil-grazhdanam-shumet-na-dachnyh-uchastkah.html?utm_referrer=https%3A%2F%2Frg.ru%2Ftema%2Fgos%2Fpravo

Если Вам требуется проведение экологической экспертизы, в том числе экспертизы шума и вибрации, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит Вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Споры о перепланировке жилья — одни из самых частых в сфере жилищных правоотношений. Возможна ли безопасная и законная реализация задуманного ремонта? Да, при соблюдении закона. А можно ли потерять жилье из-за незаконных изменений? К сожалению, такие прецеденты тоже встречаются.

Чтобы ремонт не превратился в судебное разбирательство, разберем ключевые риски перепланировки на реальных примерах из судебной практики.

Что такое переустройство и перепланировка жилого помещения?

Согласно статье 25 Жилищного кодекса РФ, под переделкой помещения понимаются два вида работ:

• переустройство – это работы, связанные с установкой, заменой или переносом инженерных сетей, санитарно-технического, электрического и другого оборудования, требующие внесения изменений в технический паспорт жилого помещения;
• перепланировка – изменение границ и/или площади такого помещения, и/или образование новых помещений и/или изменение его внутренней планировки, в том числе без изменения границ и/или площади помещения, а также возможные изменения границ и площади смежных помещений.

При перепланировке необходимо либо зарегистрировать в ЕГРН новые границы и площадь помещений, либо учесть вновь образованные объекты в кадастре и зарегистрировать права на них.

Как легально начать перепланировку?

Перепланировка помещения подразумевает подготовку определенного пакета документов. Согласно статье 26 ЖК РФ, основанием для начала работ является разрешение органа местного самоуправления об их согласовании.

Для того чтобы получить документ, собственнику жилья необходимо подать заявление (через МФЦ или лично в администрацию). К заявлению нужно приложить правоустанавливающие документы на помещение, в котором планируются изменения, а также:

• проект переустройства или перепланировки;
• техпаспорт жилья (документ бюро технической инвентаризации);
• согласие всех членов семьи нанимателя, если речь идет о жилье по договору социального найма;
• заключение органа охраны памятников архитектуры при перепланировке в домах, отнесенных к этой категории.

В среднем срок рассмотрения таких заявлений составляет 45 дней. При подаче через МФЦ, срок может увеличиться еще на несколько дней.

После завершения всех работ, которые были согласованы муниципальными властями, оформляется актом приемочной комиссии в соответствии с частью 1 статьи 28 Жилищного кодекса РФ.

Нюансы согласования

При проведении анализа проекта перепланировки, представленного заявителем, муниципальный орган власти вправе по тем или иным основаниям отказать в его согласовании. Часто проект возвращается заявителю с замечаниями для доработки — после устранения указанных недостатков собственник получает согласование. Однако существуют ситуации, когда отказ является необоснованным и может быть оспорен в судебном порядке.

В качестве примера можно привести Решение Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 3 июля 2023 года по делу № 2а-4176/2023. Суд удовлетворил иск заявительницы о признании незаконным отказа в согласовании перепланировки ее квартиры. Администрация Вахитовского и Приволжского районов отклонила проект на основании предположения о планируемом устройстве проема в несущей стене. Заявительница не согласилась с этим решением, считая его незаконным, необоснованным и принятым без учета Методических рекомендаций по выбору рациональных архитектурно-планировочных решений реконструкции жилых зданий различных конструктивных систем, утвержденных Приказом Госстроя РФ от 10 ноября 1998 года № 8.

Суд принял во внимание документы, на которые ссылалась заявительница, и установил, что проект перепланировки не затрагивает несущие конструкции. Дом, в котором расположена квартира заявителя, является кирпичным, в то время как нормы, на которые ссылалась администрация, относятся исключительно к панельным домам. Суд обязал администрацию повторно рассмотреть заявление собственницы квартиры.

Что такое самовольная перепланировка?

Если изменения в планировке или устройстве жилого помещения осуществляются без получения необходимого согласования, такие действия признаются самовольными. Статья 29 Жилищного кодекса РФ предусматривает ряд последствий по итогам самовольных действий с изменением помещения. Прежде чем рассматривать эти последствия, важно понять, что именно включает в себя понятие «самовольный».

Самовольными переустройством или перепланировкой считаются:

• работы, проведенные без разрешения, которое получают в соответствии со статьей 26 Жилищного кодекса РФ;
• работы, проведенные с нарушением утвержденного местным органом власти проекта перепланировки.

За самовольную перепланировку жилого помещения, согласно части 2 статьи 7.21 КоАП РФ, собственник, инициировавший работы, привлекается к административной ответственности и обязан уплатить штраф. Его размер — от 2 тысяч до 2 500 рублей. Хотя эта сумма сравнительно невелика, она не отражает реальных рисков: возможные последствия для конструкций дома, безопасности соседей и общего состояния жилого фонда могут быть гораздо серьезнее.

Основное последствие самовольных действий — обязательство восстановить помещение в первоначальное состояние. Срок для этого устанавливается местной администрацией или жилищной инспекцией. Если собственник не выполняет это требование добровольно, органы власти обращаются в суд с иском о принудительном восстановлении.

Судебные споры о перепланировке

Судебные споры, связанные с перепланировкой, могут иметь противоположные исходы: суд может как узаконить уже выполненную перепланировку, признав ее безопасной и соответствующей нормам, так и обязать собственника вернуть помещение в проектное состояние. В крайних случаях, особенно при серьезных нарушениях, угрожающих безопасности дома или жизни соседей, суды идут дальше — и принимают решение о выселении нарушителя. Такие меры применяются как в отношении собственников жилья, так и граждан, проживающих по договору социального найма.

Сценарий 1. Легализация перепланировки через суд

Собственник имеет право подать в суд иск о сохранении уже выполненной перепланировки. Суд может удовлетворить иск, если истец докажет, что изменения:

• не нарушают права соседей;
• не создают угрозу жизни и здоровью людей (не затронуты несущие конструкции, инженерные системы и т. д.).

На практике суды часто идут навстречу собственникам, если истцы представили достаточные доказательства того, что проведенные изменения действительно безопасны. То есть проведенные работы легализуют постфактум.

В качестве примера рассмотрим решение Советского районного суда г. Липецка Липецкой области от 11 июля 2023 года по делу № 2-4404/2023. Суд удовлетворил требование собственника о сохранении квартиры в перепланированном состоянии. Истец произвел самовольную перепланировку, в результате которой общая и жилая площади, а также площади вспомогательных помещений квартиры не изменились.

По мнению истца, такие изменения не нарушают права соседей и не создают угроз безопасности. Для подтверждения своей позиции истец представил суду заключения экспертиз, подтверждающих безопасность и соответствие проведенных работ санитарным и противопожарным нормам. В результате суд разрешил оставить перепланировку в силе и внести соответствующие изменения в техническую документацию на жилое помещение.

Еще один пример — решение Обнинского городского суда Калужской области от 10 июля 2023 года по делу № 2-1803/2023. Суд удовлетворил иск собственника о сохранении квартиры в перепланированном и переустроенном состоянии. Истец выполнил перепланировку без разрешения, изменив конфигурацию комнат, ванной и туалета. Суд принял во внимание, что изменения не нарушали прав соседей и соответствовали строительным нормам.

Истец представил суду рабочий проект, включающий разделы по архитектурно-строительным решениям, водопроводу и канализации, электроснабжению и силовому электрооборудованию, вентиляции и отоплению, а также акты освидетельствования скрытых работ по гидроизоляции полов в ванной и туалете, перемычкам над дверными проемами, по вентиляции и отоплению и другим элементам. В итоге на основании решения суда истцу удалось внести изменения в техническую документацию на квартиру.

Однако не все попытки легализовать уже выполненную перепланировку через суд заканчиваются в пользу собственника. Ярким примером обратной позиции суда является решение Советского районного суда г. Рязани Рязанской области от 4 июля 2023 года по делу № 2-2187/2023.

В данном случае истцом выступала Мосжилинспекция, которая ссылалась на полученное сообщение о перепланировке без разрешительной документации. В ходе проверки были зафиксированы следующие нарушения: заделка окон, демонтаж стен и оборудования. На основании этого собственнику было выдано предписание об устранении выявленных нарушений. Срок его исполнения неоднократно продлевался, но ответчик не представил информацию о выполнении предписания. Таким образом, истец просил обязать ответчика исполнить предписание о согласовании перепланировки или восстановлении исходного состояния квартиры.

Суд удовлетворил иск, обязав ответчика либо согласовать перепланировку, либо вернуть квартире проектное состояние согласно технической документации БТИ.

Еще один случай — решение Советского районного суда г. Иваново Ивановской области от 29 июня 2023 года по делу № 2-661/2023. В данном случае иск к семейной паре подала администрация города с требованием восстановить жилое помещение в первоначальное состояние. Суд удовлетворил иск, поскольку ответчики произвели самовольную перепланировку, которая не соответствует требованиям законодательства и привела к уменьшению площади жилой комнаты, в которой они проживали по договору социального найма. Ответчики не представили доказательств соблюдения необходимых норм и не выполнили предписание об устранении нарушений.

Администрация обосновала свои требования следующим:

• жилое помещение находится в муниципальной собственности, а владельцы произвели самовольную перепланировку без согласования;
• проект перепланировки не соответствовал требованиям законодательства, в частности, нормам о минимальной площади жилых помещений;
• после отказа в согласовании перепланировки владельцы не привели помещение в прежнее состояние в установленный срок;
• выездная проверка показала, что доступ в помещение для контроля исполнения решения не был предоставлен.

Доказательств, опровергающих доводы истца, ответчиками представлено не было.

Что может усугубить ситуацию?

Интересный пример, демонстрирующий, как нарушение процедурных норм может привести к отказу в легализации перепланировки даже при отсутствии технических рисков, — решение Гурьевского районного суда Калининградской области от 29 июня 2023 года по делу № 2-322/2023. В этом случае двое собственников обратились в суд с иском о признании права собственности на реконструированную квартиру и сохранении ее в измененном виде. Они провели масштабные работы: значительно увеличив ее площадь с 45,7 м² до 81,4 м² за счет присоединения холодной веранды и возведения мансардного этажа.

Истцы обосновали свое требование тем, что они являются собственниками квартиры и произвели ее реконструкцию, перепланировку и переустройство за собственные средства с целью улучшения жилищных условий. Истцы утверждали, что работы не нарушили прав других лиц и соответствовали строительным нормам. Они просили суд сохранить квартиру в реконструированном состоянии и признать за ними право собственности на нее.

Однако суд отклонил иск, поскольку работы проводились с нарушением градостроительных норм (несоблюдение отступов от границ участка) и без согласия всех собственников МКД, что требовалось для уменьшения общего имущества – земельного участка. Несмотря на заключение экспертизы, которая показала, что сами работы не повлияли на безопасность дома, в иске отказали. Причиной стало нарушение процедуры согласования.

Сценарий Б. Принудительные меры

Если собственник квартиры проигнорировал предписание о восстановлении квартиры в проектное (исходное) техническое состояние, а суд не узаконил проведенные изменения, то по иску муниципального органа власти суд может принять довольно жесткое для владельца жилья решение.В таких случаях суд может принять решительные меры, включая:

• продажу квартиры с публичных торгов и передача вырученных средства (за вычетом расходов на исполнение решения) бывшему собственнику;
• расторжение договора социального найма и выселение нанимателя.

Пример такого судебного решения – Решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 9 сентября 2025 г. по делу № 2-26/2025
Суд удовлетворил иск Комитета городского хозяйства и строительства администрации Калининграда о продаже квартиры с публичных торгов. Перепланировка, проведенная собственником без разрешения, включала изменения в системе газоснабжения, что, по заключению экспертов, создавало реальную угрозу жизни и здоровью жильцов. Одновременно решением суда было отказано в удовлетворении встречного иска собственника о сохранении квартиры в перепланированном виде.

Но как показывает судебная практика, не всегда требование муниципальных властей и жилищных инспекций о выселении владельца из квартиры ведут к потере последним права собственности на недвижимость.

Так, Решением Красногорского районного суда г. Каменск-Уральского Свердловской области от 24 ноября 2025 г. по делу № 2-1111/2025 были отклонены исковые требования Комитета по архитектуре о продаже квартиры собственницы, в которой была проведена самовольная перепланировка. Суд также отклонил и встречный иск самой собственницы о разрешении сохранить перепланировку.

В ходе рассмотрения дела факт самовольной перепланировки был установлен. Однако суд посчитал, что применение столь строгой меры, как продажа квартиры, преждевременно, так как Комитет не использовал другие доступные способы защиты своих прав, например, иск о приведении помещения в прежнее состояние.

Еще один пример возможности предоставления второго шанса собственнику незаконно переустроенного жилья — Решение Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2025 г. по делу № 2-31/2025. Администрация Центрального района подала иск к собственникам квартиры из-за самовольной перепланировки, выявленной комиссией.

Суд отказал в удовлетворении иска о продаже жилого помещения с публичных торгов. Несмотря на наличие незаконной перепланировки, суд пришел к выводу, что не представлено достаточных доказательств нарушения прав соседей или угрозы состоянию здания. Было также отмечено, что администрация не использовала все возможные альтернативные способы защиты права, например, не вынесла требование об устранении перепланировки. Суд в своем решении подчеркнул, что продажа квартиры с торгов является крайней мерой.

При этом, если квартира приобретена с публичных торгов с неузаконенной перепланировкой, новый собственник обязан вернуть ее в проектное состояние. Ему будет предоставлен срок на устранение всех изменений, оставшихся после предыдущего владельца. Если и он не выполнит это требование — квартиру снова выставят на торги. В случае с жильем по социальному найму обязанность по устранению всех переустройств переходит к собственнику жилья — муниципалитету.

Анализ судебной практики показывает, что суды применяют разнообразные подходы при рассмотрении споров, связанных с самовольной перепланировкой. В одних случаях суд выступает как инструмент легализации уже проведенных изменений, в других — как орган, применяющий к нарушителям самые строгие меры ответственности. Итоговое решение зависит исключительно от конкретных обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств. Суд стремится сохранить баланс между правом собственника на распоряжение своим жильем и необходимостью обеспечения безопасности всего многоквартирного дома как единого комплекса.

В рамках судебного разбирательства можно выделить три возможных исхода дел о самовольной перепланировке, каждый из которых обусловлен определенными факторами:

1. Сохранение перепланировки. Суд становится на сторону собственника и узаконивает уже выполненные работы при одновременном соблюдении следующих условий:

• Доказанная безопасность. Суду должны быть представлены неоспоримые доказательства, что изменения не затрагивают несущие конструкции здания и не нарушают работу инженерных систем (вентиляция, электропроводка, газо-, водо- и теплоснабжение). Основанием служат положительные заключения специализированных экспертиз и проектная документация, подготовленная лицензированными организациями.
• Соблюдение санитарных и противопожарных норм. Работы выполнены в соответствии с действующими на момент их проведения СНиП и СанПиН, что подтверждается соответствующими разделами проекта и актами освидетельствования.
• Отсутствие нарушения прав третьих лиц. Перепланировка не ухудшает условия проживания соседей: не усиливает шум, не затрудняет эвакуацию, не создает риска затопления и не уменьшает долю в общем имуществе дома без письменного согласия других собственников. Суды уделяют этому аспекту особое внимание.
• Техническая допустимость. Даже при высоком качестве выполнения работ суд откажет в легализации, если изменения противоречат градостроительным или техническим регламентам — например, объединение комнаты с кухней-нишей без устройства вентиляционного канала и т. д.
• Обязательство вернуть квартиру в проектное состояние. Это наиболее распространенный исход, когда суд отказывает в легализации и обязывает собственника жилого помещения устранить нарушения. Такое решение принимается, как правило, при наличии следующих обстоятельств:
• Нарушение несущих конструкций. Любое изменение, затрагивающее несущие стены или перекрытия без специального расчетного обоснования, гарантированно ведет к решению о восстановлении.
• Создание угрозы безопасности. К таким случаям относятся: объединение санузла с жилой комнатой без устройства гидроизоляции, перенос газового оборудования, сокращение площади жилой комнаты ниже учетной нормы и т.д.
• Процессуальные нарушения. Упорное игнорирование законных предписаний жилищной инспекции или администрации суд расценивает как злоупотребление правом и отсутствие доброй воли со стороны собственника.
• Нарушение прав соседей. Доказанные факты причинения неудобств или создание реальной угрозы для смежных помещений и их жильцов.
• Принудительная продажа жилья с торгов. Эта крайняя мера, предусмотренная статьей 29 Жилищного кодекса РФ, применяется судами исключительно в исключительных случаях. Для принятия судом такого решения необходимы два условия:
• Реальная опасность. Перепланировка должна не просто нарушать нормы, а создавать непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан. Например, критические изменения в системе газо- или электроснабжения, приведшие к аварийному состоянию и т. д.
• Исчерпание иных мер. Суд обязательно проверяет, предпринимал ли уполномоченный орган власти попытки добиться восстановления порядка через выдачу предписаний, наложение штрафов или подачу иска о понуждении к устранению нарушения. Если такие шаги не предпринимались или собственник начал их исполнять, суд откажет в продаже квартиры, указывая на преждевременность и чрезмерность такой меры.

Суд дифференцирует «добросовестного нарушителя», который провел безопасные работы и готов их задокументировать, и «недобросовестного», который игнорирует предписания и создает риски. В первом случае высока вероятность легализации перепланировки через суд, во втором – серьезных санкций.

Таким образом, продажа квартиры — не наказание за перепланировку как таковую, а мера по предотвращению угрозы жизни и здоровью, применяемая только при полном отсутствии иных способов устранения опасности.

Источник: https://www.garant.ru/article/2019224/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения строительно-технической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Вологодский суд отказал водителю в требовании возместить ущерб за царапины на автомобиле, которые, по его утверждению, оставил табун лошадей.

Инцидент произошел в сентябре прошлого года: мужчина, отдыхая с семьей на берегу реки Тошни, припарковал Volkswagen Polo и отправился на пляж. Вскоре к машине подошли 10–15 лошадей, которые лизали кузов автомобиля, били по нему хвостами.

Животные отошли только после того, как водитель завел двигатель и тронулся с места. Позже на капоте, бампере, фарах и зеркалах были обнаружены царапины.

Водитель обратился к участковому, а затем подал иск в суд против СПК «Племенной конный завод «Вологодский». Экспертиза оценила ущерб в 169 тысяч рублей.

Представитель конного завода не отрицал, что лошади подходили к автомобилю, но заявил, что повреждения не могли возникнуть от непосредственного воздействия хвостов, языка и копыт животных.

По ходатайству ответчика суд назначил трасологическую и автотовароведческую экспертизы, в ходе которых специалисты смоделировали ситуацию с участием машины и лошадей. Эксперты пришли к выводу, что повреждения не могли возникнуть при таком контакте. Впоследствии завод потребовал возмещения расходов на проведение экспертизы и оплату услуг юриста.

Суд отказал водителю в иске, поскольку он не представил убедительных доказательств причинно-следственной связи между ущербом и действиями животных. Кроме того, суд обязал истца возместить ответчику 28,5 тысячи рублей на покрытие расходов на экспертизу и 45 тысяч рублей за услуги представителя.

Источник: https://rapsinews.ru/judicial_news/20260508/311831240.html

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения оценки ущерба имуществу, а также автотехнической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Владелец автомобиля вправе требовать возмещения ущерба, причиненного его транспортному средству безнадзорными собаками.

Согласно материалам дела, собаки повредили стоящий на парковке автомобиль. Видеозапись с камер наблюдения показала, что собаки длительное время находились на неохраняемой парковке возле многоэтажного дома без сопровождения. Поскольку владельцы собак не известны, хозяин автомобиля обратился в суд с иском к администрации городского округа и территориальному ветеринарному управлению о возмещении имущественного вреда.

Суд первой инстанции отметил, что местная администрация не предприняла всех необходимых мер по отлову и содержанию безнадзорных животных на территории городского округа. На основании этого суд возложил обязанность по возмещению ущерба. Сумма компенсации составила 133 515 рублей 11 копеек.

Суды отметил, что заключение администрацией муниципального контракта на отлов и транспортировку безнадзорных собак с индивидуальным предпринимателем не освобождает органы местного самоуправления от ответственности перед гражданами, понесшими ущерб. Гражданин, обратившийся в суд за защитой своих нарушенных прав, не обязан устанавливать, кому именно были переданы полномочия по содержанию животных.

Апелляционная инстанция оставила решение без изменений, а кассационный суд полностью согласился с выводами нижестоящих инстанций: именно местные власти обязаны заниматься вопросом обращения с животными без владельцев. То, что собаки причинили повреждения автомобилю истца, является прямым свидетельством о непринятии достаточных мер для предотвращения ущерба со стороны администрации.

Судебные решения оставлены без изменения.

Источник: https://rapsinews.ru/judicial_news/20260512/311834588.html

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения оценки ущерба имуществу, а также автотехнической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Президиум Верховного суда РФ в специальном обзоре подробно разъяснил правила рассмотрения споров, связанные с налогообложением имущества организаций. ВС не ограничился рассмотрением отдельных спорных кейсов, он установил критерии, по которым нужно разграничивать недвижимое и движимое имущество.

В одном из случаев налоговые органы посчитали объектом налогообложения производственные линии внутри цеха, аргументируя их единство с технологическим процессом, осуществляемым в здании. В другом — распределительно-трансформаторная подстанция была признана частью гостиничного комплекса.

Оба этих случая поднимают ключевой вопрос: насколько допустимо использовать критерии гражданского права о составных и неделимых вещах для изменения налогового статуса имущества.

Почему производственные линии внутри цеха нельзя считать недвижимостью?

В рассматриваемом деле налоговые органы провели проверку общества, которое осуществляло строительство производственного цеха и одновременно приобрело ряд объектов основных средств (движимое имущество), в том числе производственные линии, которые были размещены внутри нового здания.

По итогам проверки инспекция доначислила налог на имущество организаций, а также наложила штрафы и пени, сославшись на то, что все приобретенные объекты необходимо отнести к недвижимому имуществу (к зданию и его составным частям). По мнению инспекции, комплекс, включая производственные линии, образует единое целое. Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании решения налогового органа недействительным. Однако суды первой, апелляционной и кассационной инстанций поддержали позицию налогового органа.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований. Он пришел к выводу, что здания и размещенные в нем объекты образуют единое целое, а изъятие оборудования остановит производственный процесс. Это означает, что разделение движимого и недвижимого имущества для целей налогообложения невозможно. Следовательно, спорное оборудование должно рассматриваться в качестве составной части здания и облагаться налогом на имущество организаций.

Апелляционный суд и арбитражный суд округа согласились с этой позицией.

Верховный Суд РФ не согласился с подходом судов и отменил все три судебных акта. В обосновании ВС указал, что законы о налогах должны содержать четкие, понятные и недвусмысленные нормы, а НК РФ прямо требует, чтобы элементы налогообложения были сформулированы таким образом, чтобы каждый налогоплательщик знал, что именно он обязан платить.

Высокий суд подчеркнул, что определенность при взимании налога на имущество обеспечивается через бухгалтерский учет и установленные в нем формализованные критерии признания имущества как движимого или недвижимого.

ВС особо отметил, что оборудование, предназначенное для осуществления производственного процесса путем выполнения тех или иных технических функций, даже если установлено на фундаменте, по общему правилу не относится к сооружениям и не подпадает под определение недвижимости, если оно служит производству продукции и не является частью конструктива здания. Таким образом, оборудование, расположенное как внутри, так и вне зданий, не является составной частью этих зданий, если оно направлено на изготовление готовой продукции или обслуживание производственного процесса, а не на эксплуатацию самого здания

Как Верховный Суд РФ защитил движимое имущество от «присоединения» к зданию в целях налогообложения?

В другом деле налоговые органы проверили общество, владеющее гостиницей и распределительно‑трансформаторной подстанцией (энергоустановкой), которая расположена отдельно от здания гостиницы, но предназначена для обслуживания здания.

По результатам проверки инспекция доначислила налог на имущество организаций, пени и штрафы, решив, что энергоустановка является частью гостиничного комплекса и, следовательно, не подпадает под освобождение от налога на имущество.

Компания оспорила решение в арбитражном суде. Суд первой инстанции полностью поддержал позицию налогоплательщика, установив, что энергоустановка относится к движимому имуществу (к оборудованию), находится отдельно от здания, не является его частью и не отвечает признакам недвижимости.

Апелляционный суд согласился с этой позицией и удовлетворил требования компании в части оспаривания доначисления налога на имущество организаций.

Однако арбитражный суд округа пересмотрел дело и отменил решение нижестоящих инстанций. Он посчитал, что несмотря на то, что подстанция расположена отдельно, она является частью недвижимого имущества, поскольку входит в состав гостинично‑туристического комплекса, а ее перемещение сопряжено с несоразмерным ущербом для функционирования гостиницы (пункт 1 статьи 133 ГК РФ о неделимых и сложных вещах). Таким образом, энергоустановка должна облагаться налогом на имущество, как и само здание.

Верховный Суд РФ не согласился с таким подходом и отменил решение арбитражного суда округа, оставив в силе решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции. Суд указал, что нормы гражданского законодательства о составных, неделимых и сложных вещах (статьи 130, 133, 134 ГК РФ) не дают однозначного ответа на вопрос о том, можно ли считать тот или иной актив недвижимым имуществом для целей уплаты налога на имущество.

ВС отметил, что спорный объект основных средств (энергоустановка) состоит из трансформаторов, шкафов автоматики и защиты, отводящих и подводящих линий, а также подводящих внешних кабельных сетей. Все эти компоненты были приобретены налогоплательщиком как оборудование, а затем приняты к учету как соответствующие объекты основных средств. Нормативных оснований о том, что в ходе приобретения и монтажа энергоустановки компания инвестировала не в оборудование, а в улучшение здания или сооружения, налоговым органом не приведено, а судами не было установлено.

Энергоустановка не может быть отнесена к коммуникациям здания, которые прямо входят в его состав по классификаторам и нормативным актам. Арбитражный суд округа, ссылаясь на то, что ее перемещение приведет к несоразмерному ущербу для функционирования гостиничного комплекса, а также на экономическую нецелесообразность ее использования вне состава комплекса, фактически стал толковать экономическую целесообразность как критерий налогового статуса. Однако это не предусмотрено ни Налоговым кодеком РФ, ни общими принципами правоприменения в налоговой сфере.

В результате ВС РФ подтвердил правомерность применения обществом освобождения от налога на имущество в отношении спорного оборудования и отметил, что формирование единого технологического или инфраструктурного комплекса – вопрос гражданского права и экономики, однако он не является автоматическим доводом для переквалификации движимого имущества в недвижимое.

Обзор Верховного Суда РФ № 4/2026 подтверждает, что при разграничении недвижимого и движимого имущества для целей налога на имущество организаций решающим критерием остается классификация объекта в бухгалтерском учете и ОКОФ, а не технологическая целостность или экономическая целесообразность его использования. Это означает, что границу между движимым и недвижимым имуществом бизнесу необходимо фиксировать в учете, проектной и классификационной документации на раннем этапе, а не оставлять это на усмотрение налогового органа и суда.

Источник: https://rg.ru/2026/05/07/verhovnyj-sud-rasstavil-granicy-mezhdu-dvizhimym-i-nedvizhimym-imushchestvom.html

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения строительно-технической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Покупатель недвижимости не всегда защищен формальной законностью сделки. Если обстоятельства продажи должны были вызвать сомнения, особенно у профессионального участника рынка, риск признания договора недействительным может лечь именно на покупателя.

Такую позицию подтвердил Верховный суд РФ, рассмотрев дело о продаже квартиры гражданкой, действовавшей под влиянием мошенников. Собственница продала свое единственное жилье директору риелторского агентства за 1,9 млн рублей. Через 9 дней она обратилась в полицию с заявлением о мошенничестве. По словам женщины, злоумышленники убедили ее продать квартиру якобы для «сохранения» недвижимости, после чего вырученные деньги она передала курьеру.

Первая инстанция отказалась признавать договор недействительным, поскольку договор был заключен в банке, расчеты проходили через сервис безопасных расчетов, а продавец объясняла срочность продажи планами на переезд. Однако апелляционный суд назначил психолого-психиатрическую экспертизу, которая выявила у продавца повышенную внушаемость, снижение критичности и неспособность в момент сделки понимать значение своих действий. На основании выводов экспертизы апелляция признала договор недействительным, вернула квартиру продавцу и обязала ее выплатить стоимость жилья в пользу покупателя. Кассационная инстанция и Верховный суд РФ поддержали эту позицию.

Ключевым правовым основанием стала статья 178 ГК РФ, позволяющая признать сделку недействительной, если одна из сторон действовала под влиянием существенного заблуждения — заблуждение было настолько значимым, что сторона не совершила бы ее при знании реальных обстоятельств. Однако если добросовестный покупатель не мог распознать заблуждение при обычной осмотрительности — суд может отказать в иске.

Решающим фактором стало то, что покупатель был не обычным гражданином, а директором риелторского агентства.

Это дело демонстрирует, что после резонансных дел о «мошеннических» продажах квартир судебная практика не движется по простой формуле «за продавца» или «за покупателя». ВС оставляет судам пространство для индивидуальной оценки. И чем более уязвим продавец и чем профессиональнее покупатель, тем больше шансов, что риск спорной сделки будет возложен на покупателя.

Источник: https://companies.rbc.ru/news/Om0LzSH2wi/pochemu-rieltor-dolzhen-obraschat-vnimanie-na-priznaki-moshennichestva/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения психологической судебной экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.

Смерть владельца бизнеса — всегда стресс для компании и ее партнеров. Однако настоящие трудности зачастую начинаются позже, когда несколько наследников пытаются поделить между собой долю в ООО или акции. В отличие от жилья или автомобиля, бизнес не получится разделить на части. Именно неделимость корпоративного актива превращает наследование бизнеса в конфликт. Разберемся, как закон регулирует раздел бизнеса между несколькими наследниками, можно ли избежать конфликтов и какие инструменты позволяют сохранить компанию цельной.

Что именно переходит по наследству?

Перед тем, как делить, стоит разобраться, что конкретно перейдет к наследникам. В зависимости от организационно-правовой формы объекта наследования различаются:

• Доля в уставном капитале ООО. Наследники получают не часть активов компании, а корпоративные права, а именно – право голоса, право на дивиденды, право на часть имущества при ликвидации. Сама же компания продолжает существовать как самостоятельное юридическое лицо.
• Акции акционерного общества. Здесь все проще: акции – это эмиссионные ценные бумаги, и наследник становится акционером с момента оформления наследства. Количество акционеров может увеличиться, но это не влияет на существование АО.
• Предприятие как имущественный комплекс. Если наследодатель владел всем бизнесом целиком (здания, оборудование, товарные знаки, права требования, долги и т.д.), наследники получают его как единый объект в общую долевую собственность.

В РФ ООО является наиболее распространенной формой малого и среднего бизнеса, которая порождает наибольшее количество наследственных конфликтов.  Это связано с тем, что возможность входа в состав участников ограничена уставом и волей других участников общества.

Что говорит устав?

Устав ООО может как упростить, так и сделать практически невозможным переход доли сразу к нескольким наследникам. Законодательство выделяет 3 типичных сценария:

1. Устав не содержит никаких ограничений. В таком случае одни или несколько наследников становятся участниками общества в порядке универсального правопреемства. Если наследников двое, каждый получает свою долю в уставном капитале. К примеру, если наследодателю принадлежало 50%, то, каждый наследник получает по 25%. Таким образом, в компании появляется два новых участника со всеми правами.
2. Устав требует согласия остальных участников на переход доли. При такой ситуации наследники должны сначала получить одобрение действующих участников. Если согласие не получено, наследники не становятся участниками, но получают денежную компенсацию (действительную стоимость доли).
3. Устав запрещает переход доли к наследникам (или к третьим лицам). Такой запрет допускается законом. И в таких условиях доля переходит к самому обществу, которое обязано выплатить наследникам ее действительную стоимость, а затем либо распределить эту долю между оставшимися участниками, либо погасить.

Устав часто становится проблемой для наследников. Если наследодатель при жизни не позаботился о дальнейшей судьбе бизнеса, то его близкие могут оказаться вынужденными совладельцами или, наоборот, отстраненными от управления с правом лишь на денежную компенсацию.

Что делать, если наследников несколько?

Самый сложный вопрос: как несколько наследников осуществляют права на одну и ту же долю? Пока наследство не разделено, все наследники действуют солидарно. Это значит, что все важные корпоративные решения требуют согласия всех наследников. На практике это часто парализует управление.

Закон предусматривает 2 два способа выйти из такой ситуации:

1. Выделение долей в натуре. Если устав не содержит соответствующего запрета, наследники могут разделить наследуемую долю пропорционально своим долям в наследстве. После чего они становятся самостоятельными участниками. Однако это возможно только если устав прямо не запрещает этого. Но большинство уставов содержат запрет на дробление доли, чтобы избежать появления множества мелких участников.
2. Выплата компенсации. Если раздел невозможен или нежелателен, один наследник может выкупить доли других. Для этого используется механизм преимущественного права покупки, когда наследник, желающий сохранить бизнес, вправе предложить остальным выкупить их доли по рыночной цене. Если другие наследники отказываются, спор разрешается в суде. Он может присудить бизнес одному наследнику, обязав его выплатить другим денежную компенсацию, если доля других наследников незначительна, не может быть реально выделена или они не имеют существенного интереса в управлении.

Компенсация

Когда договориться не удается, суд часто прибегает к компенсации. Таким образом, один наследник получает бизнес, а остальные — деньги. Однако в таком случае возникает сразу две проблемы: как определить стоимость доли и когда выплачивать деньги?

1. Оценка. Как правило, стоимость доли определяется на основе рыночной оценки активов и обязательств компании, а не только на основе бухгалтерского баланса. Разница может быть колоссальной: формальная балансовая стоимость часто в разы ниже реальной рыночной. Поэтому в таких спорах экспертиза является ключевым инструментом.
2. Платежеспособность наследника. Даже если суд решит, что один наследник получает компанию и выплачивает другому компенсацию, возникает вопрос: есть ли у второго наследника такие средства? Если нет, то решение суда окажется неисполнимым. Суды стараются избегать таких ситуаций, возлагая компенсацию только при наличии у наследника реального источника средств (личные сбережения, кредитные договоры, готовность продать часть активов).

Как предотвратить конфликт?

Самый надежный способ — заранее определить кто и на каких условиях получит бизнес. С этим могут помочь:

• Завещание. Владелец доли может завещать ее одному наследнику, а другим наследникам — иное имущество (квартиру, дачу, машины). Важно, чтобы соблюдалось правило об обязательной доле: нетрудоспособные супруг, родители, несовершеннолетние дети имеют право на половину того, что им причиталось бы по закону, даже если завещание было составлено иначе.
• Наследственный договор.  Он позволяет заключить соглашение с будущим наследником, установив не только круг наследников, но и их обязанности. Ключевое преимущество – это наследственный договор сложнее оспорить, чем завещание.

Корпоративный договор как страховка от конфликта

Даже если бизнес достался сразу нескольким наследникам и все они стали участниками, конфликт можно минимизировать с помощью корпоративного договора (партнерского соглашения).

В этом документе участники прописывают правила управления. Например:

• кто из наследников имеет право подписи
• как принимаются ключевые решения
• по какой цене один наследник может продать свою долю другому.

Корпоративный договор обязателен для исполнения и может предусматривать штрафы за нарушение его условий.

Что делать, если бизнес оказался в общей долевой собственности наследников?

На практике часто возникает ситуация трое наследников получили по равной доле в ООО, а остальная часть принадлежат постороннему участнику. Как быть в такой ситуации?

1. Договориться. Созвать собрание участников, выработать общую позицию. Лучше всего письменно зафиксировать в корпоративном договоре правила голосования.
2. Продажа доли. В случае, если наследник не хочет или не может участвовать в управлении, он вправе продать свою долю другим наследникам или третьим лицам (с соблюдением преимущественного права покупки).
3. Доверительное управление. Пока наследники спорят можно передать осуществление корпоративных прав профессиональному управляющему на время, пока они не договорятся.
4. Раздел через суд. Если мирно договориться не выходит, можно обратиться в суд с требованием о разделе наследства. Суд присудит компанию одному из наследников с выплатой компенсации остальным, если выдел доли в натуре невозможен или нецелесообразен.

Советы для наследодателя

1. Пересмотрите устав ООО. Если вы не хотите, чтобы после смерти в ваш бизнес вошли посторонние (в том числе наследники, которые не разбираются в управлении), включите в устав положение о необходимости согласия всех участников на переход доли.
2. Составьте завещание. Не стоит оставлять судьбу бизнеса на волю закона. Распределите активы, чтобы конкретный наследник получил компанию, а другие претенденты на наследство — иное имущество равной стоимости.
3. Учитывайте обязательную долю. Помните, что нетрудоспособные иждивенцы и несовершеннолетние дети все равно получат свою долю в наследстве. Заранее предусмотрите, за счет какого имущества это будет обеспечено.
4. Заключите наследственный договор. Для сложных семейных структур (второй брак, дети от разных браков) это может быть оптимальным решением.
5. Создайте корпоративный договор с партнерами. Пропишите механизм выкупа доли наследниками или, наоборот, оставшимися участниками.

Помните, что компанию не получится разделишь как квартиру на квадратные метры. Наследственный спор вокруг компании быстро превращает годы труда в руины. Однако грамотное планирование (устав, завещание, корпоративный договор) может свести конфликт к управляемому спору.

Ожидается, что Верховный суд продолжит формировать практику, согласно которой приоритет отдается сохранению бизнеса. Это значит, что при возможности суд вероятнее присудит бизнес тому наследнику, который будет способен ее вести, даже если его доля формально меньше. Однако в таком случае его обяжут выплатить компенсацию другим наследникам.

Источник: https://companies.rbc.ru/news/GzL9ljS68c/nasledstvennyij-konflikt-kak-delitsya-biznes-mezhdu-naslednikami/

Если у вас возникли вопросы касаемо проведения оценки имущества и его раздела, а также проведения судебной финансовой экспертизы, АНО ЦСЭ «Рособщемаш» предоставит вам необходимую поддержку и поможет разрешить все вопросы и проблемы.